Щегол

    Будьте внимательны! 24 ноября Павильон Книги будет закрыт для посещения с 17:00.
    Приносим извинения, если это нарушит ваши планы.

    Щегол

    Донна Тартт
    Щегол

    Издательство: АСТ, 2015

    В продаже

    „Щегол“ — это история Тео Деккера, который в 13 лет в результате теракта в Метрополитен-музее теряет маму и обретает картину XVII века голландского художника века Карела Фабрициуса. На картине изображён щегол — маленькая гордая птичка, привязанная к жёрдочке почти невидимой золотой цепочкой. Этот щегол — сам Тео, навсегда привязанный к пережитой в раннем возрасте трагедии, не понимающий, как летать и куда лететь. Его жизнь — скитания. „И любой психотерапевт, любой специалист по профориентации, любая диснеевская принцесса знает на это ответ: ‚Будь собой‘, ‚Следуй зову сердца‘. А что, если у тебя такое сердце, которому нельзя доверять?.. Что, если сердце по каким-то своим непостижимым причинам заведёт тебя — вполне умышленно, в облаке невыразимого сияния — подальше от здоровья, семейной жизни, прочных общественных связей и вялых общепринятых добродетелей прямиком в ослепительный жар погибели, саморазрушения, беды?“, — пишет Донна Тартт.

    Тео привязан к обретенной картине, и в некотором смысле его жизнь начинает выстраиваться вокруг неё. Он хочет отдать „Щегла“, ценное произведение искусства, но не может. В романе Тартт прекрасно описывает магнетическую силу искусства. Один из диалогов главного героя — диалог с живописным полотном.

    Почти маниакальная зависимость от картины сопоставима с маниакальной любовью к Пиппе — девочке, как и Тео, выжившей при взрыве в музее. Она становится для него наваждением, ведь с момента взрыва их жизни переплелись, начав своё происхождение из одной точки. Такой „леденец с привкусом смерти“.

    Тартт — настоящая интеллектуалка, виртуозно владеющая словом. В романе динамика повествования прямо пропорциональна внутренней динамике главного героя. Тягучие, липкие главы, повествующие о  жизни Тео в Лас-Вегасе, ощущаются почти физически, хочется из них вырваться, но увязаешь, будто в мазуте. Как только Тео покидает эту раскалённую пустошь, в которой из приключений были только наркотики, ритм снова нарастает, и ты благодарно выдыхаешь. Этот приём становится понятен, когда складывается цельная композиция.

    Ольга Ремнева - специалист по art&science, независимый куратор, со-куратор платформы TECHNE на базе РОСИЗО-ГЦСИ.

    Поделиться книгой